Начало апреля. То время, когда ещё не весна — и уже не зима. Между. Нигде.
Они шли по набережной. Антон и Алиса. Рядом. Не за руку — рядом. Как ходят люди, которые вместе двенадцать лет, — параллельно. Два тела на расстоянии вытянутого локтя. Не ближе, но не дальше.

Всё серое. Набережная, гранит — мокрый, потемневший. Река — серая, свинцовая с мелкой рябью. Небо — серое, ровное, без единого просвета, затянутое той плотной пеленой, которая не обещает ни дождя, ни солнца, — ничего не обещает. Деревья вдоль парапета — голые, с почками, тёмными, глянцевыми, готовыми — но не раскрывшимися. Ещё нет. Ещё — рано. Ещё — между.

Антон шел справа, рука в кармане, другая с сигаретой. Алиса шла слева. Руки — в карманах куртки. Лёгкая  джинсовая куртка, под ней водолазка — зеленая, облегающая, с высоким горлом. По фигуре. Не худой и не полной — стройной. Тонкая талия, неширокие плечи, небольшая грудь. Светлые джинсы — обтягивающие сверху, по бёдрам, — и широкие внизу, закрывающие кроссовки почти до подошв. Темное каре —чуть растрёпанное ветром с реки. Лицо — без макияжа, губы красивые и сухие от ветра.
Они молчали. Не потому, что поссорились. И не потому, что нечего сказать. Потому что всё уже сказано. Потому что молчание — привычнее слов и удобнее. Не требует усилий.

Гуляли. Выходной. Суббота. Вышли — потому что надо выходить. Потому что дома — стены, и телевизор, а здесь — хотя бы воздух. Хотя бы — река. Хотя бы — набережная. Серая, мокрая, пустая — но набережная.

Первая капля упала на рукав Антона. Маленькая тёмная точка на серой ткани. Он посмотрел — вверх. Небо — то же. Серое. Ровное. Ничего не обещающее. Вторая капля — на руку. Третья — на лоб. Алисе — на плечо. На джинсовую куртку.

Морось. Не дождь — морось. Та мелкая, невидимая, висящая в воздухе водяная пыль, которая не падает — а просто есть. Везде. На лице, на руках, на одежде. Не мочит — пропитывает. Медленно. Незаметно. Через пять минут — мокрый. Через десять — насквозь.

— Зайдём куда-нибудь, — сказал Антон. Не спросил — сказал. Констатировал.

Алиса огляделась. Набережная — пустая. Гранит. Парапет. Деревья с набухшими почками. Дома — на другой стороне, через дорогу, — старые, облупленные, с закрытыми первыми этажами. Ни бара. Ни кафе. Ни — ничего. Район — тот, куда не ходят специально. Куда заходят — случайно. Куда заносит — ноги, маршрут, привычка гулять без цели.

— Некуда, — сказала Алиса.

Шли дальше. Морось — густела. Не дождь ещё — но уже не пыль. Капли — мелкие, частые, — оседали на волосах. На Алисином каре — тёмные пряди потяжелели, прилипли к вискам. На Антоновой куртке — ткань потемнела, пятнами.

Человек впереди. На тротуаре. Стоял в капюшоне — тёмном, надвинутом, лица — не видно. Куртка — длинная, до колен. Стоял — и протягивал руку. Каждому проходящему, которых почти не было. А те редкие что были, не обращали внимания. В руке — бумажки. Флаеры. Яркие — жёлтые, оранжевые, — среди серого.

Прохожий перед ними — не взял. Прошёл мимо. Женщина с зонтом — не взяла. Человек в капюшоне — не настаивал. Протягивал — и убирал. Протягивал — и убирал. Механически.

Антон поравнялся. Рука — вынырнула. С флаером. Жёлтым. Антон машинально — взял. Не остановившись. На ходу. Как берут — не думая. Рефлекс.

Прошли пять шагов. Десять. Антон посмотрел — на флаер. В руке. Мокрый уже — от мороси. Яркий. Плотная бумага, хороший дизайн. Не самодельный — профессиональный. Фотографии — размытые, художественные, тёплые тона на жёлтом фоне. Чёрные буквы.

«Творческая мастерская ОБЪЕКТИВ. Бесплатный пробный мастер-класс. Фотография. Образ. Движение.»
Ниже — мельче: «Раскрой себя через объектив. Камеры предоставляются. Еда, напитки, атмосфера.»
Ещё ниже — совсем мелко: «18+. Вход свободный. Приходите парой или в одиночку.»
Адрес. Время — 15:00.

Антон посмотрел на часы. 14:48.

— Смотри, — сказал он. Протянул Алисе. Она взяла. Двумя пальцами. Посмотрела. Прочитала. Перевернула — на обороте фотография: руки, держащие камеру, размытый силуэт на фоне. Красиво. Неопределённо.

— Фотография, образ, движение, — прочитала Алиса вслух. — Это что?

— Понятия не имею, — сказал Антон. — Но еда и напитки. И бесплатно.
Он усмехнулся. Коротко. Той усмешкой, которой усмехаются мужья — жёнам, — над ерундой, над мелочью, над — субботним днём.

— Бесплатный сыр, — сказала Алиса. Не улыбнувшись.

— Ну, даже если платный. Не обеднеем. Зато не мокнуть.

Он посмотрел на неё. Она — на флаер. На мокрый, яркий, жёлтый прямоугольник. На слова — «раскрой себя». На «18+». На — адрес.

— Тут в двух шагах, — сказал Антон. Кивнув — вперёд. На улицу, уходящую от набережной. — Вон тот переулок.

Алиса посмотрела. На переулок. Узкий. Серый. С лужами. С облупленными стенами. Не тот переулок, в котором ожидаешь найти творческую мастерскую. Или — как раз тот. Именно в таких — находят. Лофты. Студии. Мастерские. За облупленными стенами — кирпич, и лампы, и кофе, и камеры.

— Не знаю… — сказала Алиса, тихо. Не отказ — сомнение. Нежелание.

— Пойдём, — сказал Антон. Чуть настойчивее. — Ну чего мокнуть-то.

Морось — как по заказу — усилилась. Капля — крупная, тяжёлая, — упала Алисе на нос. Она сморщилась. Вытерла — тыльной стороной ладони.

— Пойдём… — сказала. Не с энтузиазмом. С — ладно, с — всё равно. С тем «пойдём», которое значит — мне всё равно куда. Хоть туда. Хоть сюда. Хоть — никуда.

Они свернули. В переулок. Узкий. Стены — облупленные, с граффити, с остатками старых вывесок. Лужи — мелкие, мутные. Водосточная труба — ржавая, с капелью. Запах — мокрого камня, и мусора, и чего-то кислого из подворотни.

Шли молча. Антон — впереди, на полшага. Алиса — за ним. Мимо подворотни — тёмной, глубокой. Мимо закрытой двери — с кодовым замком, с бумажкой «не работает». Мимо — ещё одной двери.

Нашли.

Дверь. Тяжёлая, металлическая, серая — в тон стены. Без вывески, без — ничего. Только — номер 4Б. И — на двери, скотчем, криво — флаер. Такой же, жёлтый. С теми же словами. «ОБЪЕКТИВ». Стрелка — вниз. К ручке двери.

Антон и Алиса стояли. Перед дверью. В мороси. Мокрые — уже. Волосы — прилипшие. Куртки — потемневшие. Флаер в Алисиной руке — размокший, с расплывшимися буквами.

Дверь — тяжёлая, черная со следами ржавчины по краям и с криво приклеенным флаером, — молчала. Ждала.

Антон посмотрел на Алису. Она — на дверь.